Статья посвящена проблеме использования в дворянской придворной среде традиционного русского народного костюма с целью демонстрации своей причастности к национальной русской культуре. Интерес к этой теме был спровоцирован стихийной популярностью русского кокошника во время проведения в России чемпионата мира по футболу в 2018 году. В процессе исследования оказалось, что интерес к народному кокошнику уже проявлялся в истории России. Начало этой тенденции определено периодом царствования Екатерины II. После 1812 г. тенденция была поддержана патриотическими настроениями русского дворянства, а с 1834 г. после утверждения «Положения о гражданских мундирах», куда вошло и «Описание дамских нарядов для приезда в торжественные дни к высочайшему двору», превратилась в официально закрепленную традицию, сохранявшуюся до конца XIX века. Подтверждением этому являются хотя и немногочисленные, однако и не единичные женские портреты, в том числе императриц, а также многофигурные живописные картины, изображающие коронационные празднества. Особенно убедительно тиражирование портретов императриц в гравюрах, несомненно, рассчитанное на внедрение в массы идеи близости правящих кругов к народу. Это явление столкнулось с встречной тенденцией увлечения русским костюмом, сформированной под влиянием демократических настроений русского общества, что проявилось в растущем интересе к подлинно народному искусству, а в придворной культуре - в интересе к костюмированным балам-маскарадам в русском стиле, исчезнувшим с наступлением новых идеалов ХХ века. Это и выявило ложный, маскарадный характер интереса правительства к народу. В целом это доказывает и знаковое значение костюма, и то, что его развитие - это процесс саморазвивающийся.
The article is devoted to the problem of using the traditional Russian folk costume in the court nobility in order to demonstrate their belonging to the national Russian culture. The interest to this topic was provoked by the spontaneous popularity of the Russian kokoshnik during the 2018 FIFA World Cup in Russia. While researching it turned out that interest in the folk kokoshnik had already manifested itself in the history of Russia. The beginning of this trend was determined by the period of the reign of Catherine II. After 1812, the trend was supported by the patriotic sentiments of the Russian nobility, and since 1834, after the approval of the “Regulations on civil uniforms” which included “Description of ladies' outfits for arriving on solemn days to the highest court”, became an officially enshrined tradition that remained late 19th century. This is confirmed by portraits of women, including empresses, as well as multi-figure paintings depicting coronation festivities. Particularly convincing is the replication of portraits of empresses in engravings, undoubtedly designed to introduce into the masses the idea of the proximity of the establishment to the people. This phenomenon faced the counter tendency of a fascination with Russian costume, formed under the influence of the democratic sentiments of Russian society, which manifested itself in a growing interest in genuine folk art, and in court culture - in an interest in costumed masquerade balls in the Russian style, which disappeared with the advent of new ideals of the XX century. This revealed the false, masquerade nature of the government's interest in the people. On the whole, this proves both the iconic value of the costume and the fact that its development is a self-developing process.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.